Георгий Жуков — великий военачальник, маршал, министр обороны СССР.

Начать. Это бесплатно
или Регистрация c помощью Вашего email-адреса
Rocket clouds
Георгий Жуков — великий военачальник, маршал, министр обороны СССР. создатель Mind Map: Георгий Жуков — великий военачальник, маршал, министр обороны СССР.

1. Жуков во время Великой Отечественной войны Накануне Великой Отечественной войны Георгий Жуков, только что назначенный тогда начальником Генерального штаба, не мог даже намекнуть на необходимость готовиться к традиционному для России сценарию тяжёлой оборонительной войны, с глубоким отступлением в глубь своей территории и последующим контрнаступлением. Соответственно сталинскому тезису о войне малой кровью на чужой территории самая мощная группировка советских войск была развёрнута в узкой приграничной полосе, в конфигурации, неудобной для обороны. Жуков в октябре 1941 года был назначен командующим Западным фронтом и ответственным за оборону Москвы. Никому другому Сталин не мог в тот момент доверить судьбу столицы и всей страны. Никому, даже самому себе — только Жукову, который побил немцев под Ельней и отстоял Ленинград. Жуков на тот момент казался (и был на самом деле) единственным военачальником, способным остановить роковое наступление вермахта. Спасая Ленинград, он должен был переломить настроение войск, изнурённых и деморализованных поражениями. Когда враг подступал к ближним пригородам Северной столицы, Жуков издал свирепый приказ о расстреле каждого, покидающего позиции без приказа. Бойцы и командиры на переднем крае были поставлены перед выбором: умирать героями или трусами. Ничего иного Жуков им предложить не мог в тот момент. И подействовало. Защитники города сомкнулись непробиваемой стеной, отстаивая насмерть каждый окоп, огрызаясь контратаками. Живая стена остановила натиск немецких бронированных колонн на последней черте, за которой уже начинался Ленинград. Под Москвой Георгий Жуков принял под командование Западный фронт, которого уже фактически не существовало после прорыва немецких танковых армад. Фронт пришлось срочно восстанавливать, собирая остатки разбитых армий, поднимая ополченцев и всех, кого можно было поставить в строй. Жуков решил эту задачу, зарядив своей непреклонной волей к победе доставшееся ему разношёрстное воинство. В самый трудный, начальный период сражения он переиграл немецких генералов тактически, распределив войска так, что они сумели задержать продвижение противника, обладавшего громадным преимуществом сил. Затем подтянулись подкрепления, в том числе крепкие дальневосточные дивизии, высвободившиеся после того, как Япония отказалась от нападения на СССР. Это было в значительной мере следствием Халхин-Гола. Таким образом, Георгий Жуков осенью 1941 года мог воспользоваться результатами своей же победы, одержанной два года назад. И непобедимый прежде вермахт потерпел своё первое стратегическое поражение. В августе 1941 года Жукову пришлось уйти с должности начальника Генштаба после конфликта со Сталиным, желавшим, по политическим соображениям, удержать обречённый Киев. Неправоту Верховного главнокомандующего доказали немцы, перемолотившие Юго-Западный фронт. Но обида на того, кто стал живым напоминанием о самом ужасном сталинском просчёте, у отца народов не могла не образоваться. Сталин эту обиду затаил, но в тот момент не дал ей хода, так как строптивый генерал был ему необходим для целей войны. 30 августа 1942 года Георгий Жуков был назначен заместителем Верховного главнокомандующего и принял ответственность за оборону Сталинграда и за всё южное направление советско-германского фронта, где ситуация стала критической. Сталин, как и осенью 1941 года, не знал, что делать. И поручил командование тому, кто мог выправить ситуацию лучше, чем сам Верховный. Руководить грандиозным сражением, разворачивавшимся между Доном и Волгой, должны были вдвоём Георгий Жуков и Александр Василевский, начальник Генерального штаба. Но Жуков тогда же стал первым заместителем наркома обороны (нарком — Сталин), а Василевский — просто заместителем. Из этого понятно, кто считался первым номером, а кто — вторым в командовании войсками под Сталинградом. Исключительно порядочный, интеллигентный штабист Василевский не собирался оспаривать главенство Жукова. Они отменно поладили и в подходящий момент совместно выдвинули идею двойного удара по флангам немецкой группировки с последующим её окружением и уничтожением. Но когда операция «Уран», основанная на этой идее, уже была вполне подготовлена, Сталин поручил её осуществление одному Василевскому. Верховный главнокомандующий глубинным чутьём предощутил великую победу, равной которой по значимости не было в истории войн. И решил, что это будет сталинская, а не жуковская победа. Скромному интеллигенту Василевскому отводилась роль исполнителя гениальных сталинских замыслов. А Георгий Жуков отправился на Западный фронт, где нанёс отвлекающий удар по немецким войскам, занимавшим ржевско-вяземский плацдарм. Потом он координировал действия фронтов, прорвавших блокаду Ленинграда. В общем, не остался без дела и без наград: получил звание маршала и вторую звезду Героя Советского Союза. После Сталинграда в подчинении Сталина оказалась целая плеяда блестящих военачальников, научившихся побеждать генералов вермахта. Но Жуков по-прежнему возвышался над ними как главный стратег Советской армии. Только он и Василевский координировали в качестве представителей Ставки Верховного главнокомандования действия фронтов в крупнейших операциях. Накануне победного финала, в ноябре 1944 года, Сталин этот порядок радикально изменил, упразднив институт представителей Ставки и передав их функции Генштабу, под своим личным верховным руководством. Георгий Жуков из начальника над командующими фронтами превратился в одного из таких командующих. Впрочем, это статусное понижение было устроено с максимальной деликатностью. Жуков формально остался заместителем Верховного главнокомандующего. И фронт ему достался особенный — Первый белорусский, нацеленный на Берлин. Война ещё не была закончена, и Сталину приходилось демонстрировать уважительное отношение к неформальному лидеру армейской верхушки.

2. В НАЧАЛЕ ВОЙНЫ В первый же день войны по приказу Сталина Жуков вылетел на Юго-Западный фронт. Здесь он попытался организовать наступление на Люблин. Оно шло под лозунгом “Бить врага под корень!” (имелось в виду ведение наступательного боя на вражеской территории). Конечно, никакого успеха это наступление не имело и только усилило неразбериху в войсках. Но уже через несколько недель Жуков стал гораздо реальнее оценивать положение. 29 июля он попросил Сталина принять его для срочного доклада и сказал ему, что армии надо целиком отвести за Днепр и обороняться за этой мощной преградой. “А как же Киев?” — спросил Сталин. “Киев придется оставить”, — отвечал Жуков. Одновременно Жуков предложил организовать контрудар и отбить у немцев Ельню. Оттуда им открывался удобный путь на Москву. “Какие там ещё контрудары, что за чепуха?! — возмутился Сталин. — Опыт показал, что наши войска не могут наступать. И как Вы могли додуматься сдать врагу Киев?!” Жуков тоже вспылил и резко заявил: “Если Вы считаете, что начальник Генштаба способен только чепуху молоть, тогда ему здесь делать нечего. Я прошу освободить меня от обязанностей начальника Генштаба и послать на фронт. Там я, видимо, принесу больше пользы Родине” . “Вы не горячитесь! — сказал Сталин. — Мы без Ленина обошлись, а без Вас тем более обойдёмся. Идите, работайте, мы тут посоветуемся и тогда позовем Вас”. “Я вышел из кабинета с тяжёлым чувством”, — вспоминал Жуков. Через 40 минут Сталин сухо сообщил ему, что он освобождается от поста начальника Генштаба. “Куда прикажете мне отправиться?” — спросил Жуков. “А куда бы Вы хотели?” “Могу выполнять любую работу. Командовать дивизией, корпусом, армией, фронтом”. “Не горячитесь, не горячитесь! Вы вот говорили об организации контрудара под Ельней. Ну и возьмитесь за это дело...” Под конец, чтобы смягчить напряжение, Сталин с улыбкой предложил Жукову выпить с ним чаю. Но разговор за столом не клеился. В тот же день Жуков отправился на фронт под Ельню...

3. ПЕРЕД ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНОЙ Так Жуков, получивший звание генерала армии, возглавил самый большой военный округ. Но этот пост он занимал недолго. В декабре 1940 г. начались большие военные игры. “Синие” в игре изображали нападающего противника, “красные” — Красную армию. Г. Жуков играл за “синюю” сторону и одержал победу Сталин, по его словам, был “раздосадован неудачей „красных"”. Сразу после окончания игры в январе 1941 г. он вызвал Жукова и назначил его начальником Генштаба Красной армии. В это время Германия готовилась к началу войны с Советским Союзом. Сигналы о грядущей войне поступали со всех сторон. Об этом сообщали разведка, советские посольства, перебежчики из германских войск. Но советское руководство до последнего момента верило, что войны не будет. Проводил эту линию и Жуков. Позднее он так объяснял свои действия: “Кто захочет класть свою голову? Вот, допустим, я, Жуков, чувствуя нависшую над страной опасность, отдаю приказание „развернуть". Сталину докладывают. На каком основании? На основании опасности. Ну-ка, Берия, возьмите его к себе в подвал...”. Наконец в ночь на 22 июня Георгий Жуков и нарком обороны Семен Тимошенко приказали привести войска приграничных округов в полную боевую готовность. Разослана эта директива была за три часа до начала войны. Времени на её выполнение уже не оставалось.

4. Будущий прославленный маршал Георгий Константинович Жуков родился 19 ноября (1 декабря) 1896 г. в деревне Стрелковке Калужской губернии. Отец его был деревенским сапожником. Жила семья Жуковых очень бедно. “Какая бывала радость, — вспоминал позднее Г. Жуков, — когда из Малоярославца привозили нам по баранке или прянику! Если же удавалось скопить немного денег к Рождеству или Пасхе на пироги с начинкой, тогда нашим восторгам не было границ”. С крестьянским трудом Георгий познакомился в семь лет, начав работать вместе со взрослыми на сенокосе. Образование в селе он получил скромное: три класса церковноприходской школы. Жуков закончил её с похвальным листом. Как-то раз девятилетний мальчик, чтобы испытать свою волю, поспорил с друзьями, что всю ночь проспит на кладбище. И действительно, завернулся в овчину и спокойно проспал до рассвета. В возрасте 11 лет Георгия отдали “в люди” - обучаться у скорняка в Москве. Большой город поразил сельского паренька. “Я был как-то подавлен. Я никогда не видел домов выше двух этажей, мощёных улиц, извозчиков, или, как их звали, „лихачей”, мчавшихся с большой скоростью на красавцах — орловских рысаках. Всё это поражало воображение”, — писал он позднее. Нрав у хозяина мастерской был крутой, и он часто поколачивал своих учеников. “Он мог и без всякого повода отлупить так, что целый день в ушах звенело”, — вспоминал Жуков. Как младшему ученику, ему больше всех доставалось хозяйских побоев. И в городе Георгий не терял интереса к изучению наук и сумел окончить вечернее общеобразовательное училище. Только после четырёх лет ученичества его на десять дней отпустили домой, в деревню. Как раз в это время в соседнем селе случился сильный пожар, 14-летний Георгий услышал крики, доносившиеся из горящей избы: “Спасите, горим!” Он вошёл туда и вытащил из огня двух перепуганных детей и больную женщину.

5. ВО ВРЕМЯ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ Началась гражданская война. В августе 1918 г. Жуков пошёл добровольцем в кавалерию Красной армии. Сражался против Колчака, Деникина, Врангеля. 1 марта 1919 г. вступил в партию большевиков. Во время сражений за Царицын в 1919 г. Жуков получил ранение в рукопашном бою. Осколки ручной гранаты глубоко ранили его в ногу и левый бок. После лечения ему дали отпуск, и он уехал в родную деревню. Затем Жукова отправили на курсы красных командиров. Теперь он стал командовать эскадроном. В 1920—1921 гг. Жуков участвовал в подавлении “кулацкого” (как тогда говорили) Тамбовского восстания. Здесь он познакомился с Михаилом Тухачевским, который руководил этой военной операцией. Во время рукопашного боя весной 1921 г. выстрелом под Жуковым убило коня. При падении конь придавил седока, но помощь подоспела вовремя. В тот же день под Жуковым второй раз убило коня. Повстанцы хотели взять его в плен, и он в одиночку от них отбивался. И снова в последнюю минуту пришли на выручку красноармейцы. За участие в подавлении Тамбовского восстания Г. Жуков получил свой первый орден Красного Знамени — очень почётную и редкую тогда награду.

5.1. В НАЧАЛЕ ВОЙНЫ В первый же день войны по приказу Сталина Жуков вылетел на Юго-Западный фронт. Здесь он попытался организовать наступление на Люблин. Оно шло под лозунгом “Бить врага под корень!” (имелось в виду ведение наступательного боя на вражеской территории). Конечно, никакого успеха это наступление не имело и только усилило неразбериху в войсках. Но уже через несколько недель Жуков стал гораздо реальнее оценивать положение. 29 июля он попросил Сталина принять его для срочного доклада и сказал ему, что армии надо целиком отвести за Днепр и обороняться за этой мощной преградой. “А как же Киев?” — спросил Сталин. “Киев придется оставить”, — отвечал Жуков. Одновременно Жуков предложил организовать контрудар и отбить у немцев Ельню. Оттуда им открывался удобный путь на Москву. “Какие там ещё контрудары, что за чепуха?! — возмутился Сталин. — Опыт показал, что наши войска не могут наступать. И как Вы могли додуматься сдать врагу Киев?!” Жуков тоже вспылил и резко заявил: “Если Вы считаете, что начальник Генштаба способен только чепуху молоть, тогда ему здесь делать нечего. Я прошу освободить меня от обязанностей начальника Генштаба и послать на фронт. Там я, видимо, принесу больше пользы Родине” . “Вы не горячитесь! — сказал Сталин. — Мы без Ленина обошлись, а без Вас тем более обойдёмся. Идите, работайте, мы тут посоветуемся и тогда позовем Вас”. “Я вышел из кабинета с тяжёлым чувством”, — вспоминал Жуков. Через 40 минут Сталин сухо сообщил ему, что он освобождается от поста начальника Генштаба. “Куда прикажете мне отправиться?” — спросил Жуков. “А куда бы Вы хотели?” “Могу выполнять любую работу. Командовать дивизией, корпусом, армией, фронтом”. “Не горячитесь, не горячитесь! Вы вот говорили об организации контрудара под Ельней. Ну и возьмитесь за это дело...” Под конец, чтобы смягчить напряжение, Сталин с улыбкой предложил Жукову выпить с ним чаю. Но разговор за столом не клеился. В тот же день Жуков отправился на фронт под Ельню...

5.2. Жуков во время Великой Отечественной войны Накануне Великой Отечественной войны Георгий Жуков, только что назначенный тогда начальником Генерального штаба, не мог даже намекнуть на необходимость готовиться к традиционному для России сценарию тяжёлой оборонительной войны, с глубоким отступлением в глубь своей территории и последующим контрнаступлением. Соответственно сталинскому тезису о войне малой кровью на чужой территории самая мощная группировка советских войск была развёрнута в узкой приграничной полосе, в конфигурации, неудобной для обороны. Жуков в октябре 1941 года был назначен командующим Западным фронтом и ответственным за оборону Москвы. Никому другому Сталин не мог в тот момент доверить судьбу столицы и всей страны. Никому, даже самому себе — только Жукову, который побил немцев под Ельней и отстоял Ленинград. Жуков на тот момент казался (и был на самом деле) единственным военачальником, способным остановить роковое наступление вермахта. Спасая Ленинград, он должен был переломить настроение войск, изнурённых и деморализованных поражениями. Когда враг подступал к ближним пригородам Северной столицы, Жуков издал свирепый приказ о расстреле каждого, покидающего позиции без приказа. Бойцы и командиры на переднем крае были поставлены перед выбором: умирать героями или трусами. Ничего иного Жуков им предложить не мог в тот момент. И подействовало. Защитники города сомкнулись непробиваемой стеной, отстаивая насмерть каждый окоп, огрызаясь контратаками. Живая стена остановила натиск немецких бронированных колонн на последней черте, за которой уже начинался Ленинград. Под Москвой Георгий Жуков принял под командование Западный фронт, которого уже фактически не существовало после прорыва немецких танковых армад. Фронт пришлось срочно восстанавливать, собирая остатки разбитых армий, поднимая ополченцев и всех, кого можно было поставить в строй. Жуков решил эту задачу, зарядив своей непреклонной волей к победе доставшееся ему разношёрстное воинство. В самый трудный, начальный период сражения он переиграл немецких генералов тактически, распределив войска так, что они сумели задержать продвижение противника, обладавшего громадным преимуществом сил. Затем подтянулись подкрепления, в том числе крепкие дальневосточные дивизии, высвободившиеся после того, как Япония отказалась от нападения на СССР. Это было в значительной мере следствием Халхин-Гола. Таким образом, Георгий Жуков осенью 1941 года мог воспользоваться результатами своей же победы, одержанной два года назад. И непобедимый прежде вермахт потерпел своё первое стратегическое поражение. В августе 1941 года Жукову пришлось уйти с должности начальника Генштаба после конфликта со Сталиным, желавшим, по политическим соображениям, удержать обречённый Киев. Неправоту Верховного главнокомандующего доказали немцы, перемолотившие Юго-Западный фронт. Но обида на того, кто стал живым напоминанием о самом ужасном сталинском просчёте, у отца народов не могла не образоваться. Сталин эту обиду затаил, но в тот момент не дал ей хода, так как строптивый генерал был ему необходим для целей войны. 30 августа 1942 года Георгий Жуков был назначен заместителем Верховного главнокомандующего и принял ответственность за оборону Сталинграда и за всё южное направление советско-германского фронта, где ситуация стала критической. Сталин, как и осенью 1941 года, не знал, что делать. И поручил командование тому, кто мог выправить ситуацию лучше, чем сам Верховный. Руководить грандиозным сражением, разворачивавшимся между Доном и Волгой, должны были вдвоём Георгий Жуков и Александр Василевский, начальник Генерального штаба. Но Жуков тогда же стал первым заместителем наркома обороны (нарком — Сталин), а Василевский — просто заместителем. Из этого понятно, кто считался первым номером, а кто — вторым в командовании войсками под Сталинградом. Исключительно порядочный, интеллигентный штабист Василевский не собирался оспаривать главенство Жукова. Они отменно поладили и в подходящий момент совместно выдвинули идею двойного удара по флангам немецкой группировки с последующим её окружением и уничтожением. Но когда операция «Уран», основанная на этой идее, уже была вполне подготовлена, Сталин поручил её осуществление одному Василевскому. Верховный главнокомандующий глубинным чутьём предощутил великую победу, равной которой по значимости не было в истории войн. И решил, что это будет сталинская, а не жуковская победа. Скромному интеллигенту Василевскому отводилась роль исполнителя гениальных сталинских замыслов. А Георгий Жуков отправился на Западный фронт, где нанёс отвлекающий удар по немецким войскам, занимавшим ржевско-вяземский плацдарм. Потом он координировал действия фронтов, прорвавших блокаду Ленинграда. В общем, не остался без дела и без наград: получил звание маршала и вторую звезду Героя Советского Союза. После Сталинграда в подчинении Сталина оказалась целая плеяда блестящих военачальников, научившихся побеждать генералов вермахта. Но Жуков по-прежнему возвышался над ними как главный стратег Советской армии. Только он и Василевский координировали в качестве представителей Ставки Верховного главнокомандования действия фронтов в крупнейших операциях. Накануне победного финала, в ноябре 1944 года, Сталин этот порядок радикально изменил, упразднив институт представителей Ставки и передав их функции Генштабу, под своим личным верховным руководством. Георгий Жуков из начальника над командующими фронтами превратился в одного из таких командующих. Впрочем, это статусное понижение было устроено с максимальной деликатностью. Жуков формально остался заместителем Верховного главнокомандующего. И фронт ему достался особенный — Первый белорусский, нацеленный на Берлин. Война ещё не была закончена, и Сталину приходилось демонстрировать уважительное отношение к неформальному лидеру армейской верхушки.

6. Жуков после смерти Сталина В марте 1953 года умирает Сталин. Жукова вызывают в Москву, чтобы использовать его влияние. За несколько дней до смерти Сталина его уже назначили замминистра обороны. Когда решено было убрать Берию, вызвали в Кремль Жукова. Маленков поручил ему важное дело: арестовать Берию и обезвредить всю систему НКВД. «Мы не сомневаемся, что вы сможете это сделать. Тем более Берия сделал вам лично много неприятностей», — сказал Маленков. Затем Жуков помогает реабилитировать репрессированных генералов. В 1955 году Жуков становится министром обороны и проводит реформу армии. С тех пор в армии служат не три, а два года. В феврале 1957 года Жуков едет в Индию и Бирму. И обращает внимание на то, что офицеры и генералы там — стройные и подтянутые люди. Вернувшись, Жуков заставил всех русских генералов заниматься спортом. Жуков выступает за единоначалие, это многим не нравится. В июне 1957 года Молотов, Маленков и Каганович выступают против Хрущёва. Жуков встал на его сторону. Хрущёв даёт ему карт-бланш по исправлению ситуации. Жуков на пленуме произносит знаменательную фразу: «Ни один танк без моей команды не двинется с места». Когда впоследствии понадобилось убрать Жукова, это заявление ему припомнили и повернули против него же. 29 октября 1957 года пленум ЦК КПСС. Снова произносится слово «бонапартизм» в отношении Жукова. Хрущёв действует проверенными сталинскими методами (через семь лет Хрущёва тоже будут снимать теми же методами). Жукова снова начинают травить. В марте 1958 года Жукова отстраняют от обязанностей министра обороны. После отставки Жуков просит дать ему хоть какую-то должность. Не дают. Тогда он начинает писать мемуары. Пишет сам. Его дачу начинают прослушивать. Хрущёву не нужна жуковская версия войны. Но появляется информация, что в Англию попала рукопись воспоминаний. Тогда принимают решение опубликовать текст и в СССР. Однако с множеством правок и цензурных добавлений. (Например, о том, что «хотели посоветоваться с Брежневым» — об этом потом стали ходить анекдоты.) Книга становится бестселлером. Жуков хотел, чтобы его похоронили под землёй. Однако его кремировали. Бродский пишет стихотворение на смерть Жукова: Вижу колонны замерших внуков, гроб на лафете, лошади круп. Ветер сюда не доносит мне звуков русских военных плачущих труб. Вижу в регалиях убранный труп: в смерть уезжает пламенный Жуков. Воин, пред коим многие пали стены, хоть меч был вражьих тупей, блеском манёвра о Ганнибале напоминавший средь волжских степей. Кончивший дни свои глухо в опале, как Велизарий или Помпей. Сколько он пролил крови солдатской в землю чужую! Что ж, горевал? Вспомнил ли их, умирающий в штатской белой кровати? Полный провал. Что он ответит, встретившись в адской области с ними? «Я воевал». К правому делу Жуков десницы больше уже не приложит в бою. Спи! У истории русской страницы хватит для тех, кто в пехотном строю смело входили в чужие столицы, но возвращались в страхе в свою. Маршал! поглотит алчная Лета эти слова и твои прахоря. Всё же, прими их — жалкая лепта родину спасшему, вслух говоря. Бей, барабан, и, военная флейта, громко свисти на манер снегиря.

7. ДЕТСТВО И ЮНОСТЬ

8. ДЕТСТВО И ЮНОСТЬ